Неудивительно, что у революций и революционеров всегда сложные отношения с религией и Церковью

За моей спиной зловеще‑красивый мавзолей, идеальная гранитная пирамида, словно перенесенная из далеких пустынь на Красную площадь. Стоя вчера вечером перед ним, я, лишний раз, убедился: большевики создали свою религию - с литургией, мучениками и нетленным «святым телом» в стеклянной раке.

Это можно было бы счесть не самой смешной шуткой, но вдумайтесь:
- Пирамида‑гробница - знакомый каждому символ вечности, только вместо тела фараона - вождь революции.
- Саркофаг - как рака святого, где, по идее, должно лежать тело преподобного. Разница лишь в том, что вместо креста — красная звезда.
- Новые апостолы и святые - чей прах захоронен в Кремлевской Стене - самые известные борцы за дело Ленина.
- Большевики адаптировали и Троицу: Маркс - «отец», Ленин - «сын», а «дух» - призрак коммунизма из Манифеста Коммунистической Партии.

Неудивительно, что у революций и революционеров всегда сложные отношения с религией и Церковью. Именно поэтому они вынуждены создавать симулякры: как Культ Верховного Существа времен Великой Французской Революции, как Мавзолей и большевистская Троица, как иконы с изображением Никола в 2018-ом. Смешно, наверное, упоминать Никола в этом списке, но для меня в этом перечислении важен не калибр персон и событий, а технология ими используемая.

Защитить Веру - значит отвергнуть революцию. Потому что революция зиждется на вере масс. И никакой иной веры она терпеть не будет.